Дипломная работа: Изображение душевных волнений

Дипломная работа: Изображение душевных волнений

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ                                                                                                     2

ГЛАВА 1 ИЗОБРАЖЕНИЕ ДУШЕВНЫХ ВОЛНЕНИЙ В РОМАНЕ И.С. ТУРГЕНЕВА «ДВОРЯНСКОЕ ГНЕЗДО В КОНТЕКСТЕ СОПОСТАВЛЕНИЯ С РОМАНОМ О ДЕ БАЛЬЗАК «УТРАЧЕННЫЕ ИЛЛЮЗИИ

Понятие волнений в романах                                                                                    3

Сюжетно-психологическая коллизия  душевного беспокойства и потребности (в романе «Дворянское гнездо» и «Утраченные иллюзии»)                        13

Испытание любовью и преодоление тревожного  чувства в романе «Дворянское гнездо»  и «Утраченные иллюзии»                                 19

ГЛАВА 2 ИЗОБРАЖЕНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ПЕРЕЖИВАНИЙ В РОМАНЕ О ДЕ БАЛЬЗАКА «УТРАЧЕННЫЕ ИЛЛЮЗИИ В КОНТЕКСТЕ С РОМАНОМ И.С. ТУРГЕНЕВА «ДВОРЯНСКОЕ ГНЕЗДО

2.1 Конфликты в мире журналистики и литературы в романах О де Бальзака «Утраченные иллюзии» и И.С.Тургенева «Дворянское гнездо»                  27

2.2 Страсти и переживания людей в мире искусства в романах О де Бальзака «Утраченные иллюзии » и И.С. Тургенева «Дворянское гнездо»                37

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК                                                    41

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность этой темы обусловлена тем, что творчество И.С.Тургенева (а именно роман «Дворянское гнездо») не достаточно изучено в сопоставительном ключе с творчеством О.де Бальзака.

Целью нашей работы является рассмотрение некоторых значимых аспектов изображения душевных волнений персонажей в романах И.С.Тургенева «Дворянское гнездо» и Бальзака «Утраченные иллюзии».

Задачи нашего исследования:

1.         Обобщить и систематизировать научную литературу по теме, рассмотреть особенности изображения душевного волнения в романе Тургенева «Дворянское гнездо» в контексте сопоставления с романом О.де Бальзака «Утраченные иллюзии»;

2.         Проанализировать специфику изображения душевных волнений в романе Бальзака «Утраченные иллюзии» в контексте сопоставления с романом И.С.Тургенева «Дворянское гнездо».

Методологическая основа.

Мы опирались на фундаментальные исследования, посвященные творчеству И.С.Тургенева и О.де Бальзака. Это работы Марковича, Банюто, Винниковой, А. Салима, Чичерина, Кучборской, А. Обломлиевского, Елизаровой М..

При проведении исследования и написания дипломной работы нами было использовано определенное количество разнообразных статей, сборники научных трудов, учебные пособия по литературе и истории русской и зарубежной литературы.

При написании дипломной работы нами были использованы критико-аналитический, сравнительно – исторический методы.

Результаты исследования могут быть использованы в школьной практике и вузовском преподавании при изучении данных произведений.

ГЛАВА 1  ИЗОБРАЖЕНИЕ ДУШЕВНЫХ ВОЛНЕНИЙ В РОМАНЕ И.С. ТУРГЕНЕВА В КОНТЕКСТЕ СОПОСТАВЛЕНИЯ С РОМАНОМ О ДЕ БАЛЬЗАКА «УТРАЧЕННЫЕ ИЛЛЮЗИИ»

1.1 Понятие волнений в романах

Анализ романа «Дворянское гнездо»

«Утраченные иллюзии» О. де Бальзака есть идейно-смысловой план «Дворянского гнезда» И.С. Тургенева. Но иллюзии, вполне имеющие право на воплощение в реальность при определенных обстоятельствах. В романе И.С. Тургенева «Дворянское гнездо» решаются проблемы социального характера, душевные волнения героев.

С героиней «Дворянского гнезда» Лизой мы можем сравнить бальзаковскую Еву из «Утраченных иллюзий».

Красота Евы сияет со страниц романа, при всей ее сдержанности и скромности, в самых бедственных обстоятельствах. В этой красоте «великая душа Евы».

«Ева, высокая брюнетка с голубыми глазами, действительно была необычайно хороша собою. Мужественность характера сказывалась у нее во всяком жесте, что впрочем, нисколько не отнимало у ее движений мягкости и грациозности. Ее чистосердечие, простодушие, покорность трудовой жизни, ее скромность, которая не подавала ни малейшего повода к злословию… девушка, получившая хорошее воспитание и обнищавшая, мирилась со своей печальной участью».

Так же как и Лиза Калитина, она не может быть счастлива в мире, где есть несчастные люди, она готова пожертвовать личным счастьем ради счастья других. Так ради счастья своего брата, ради его благополучия она жертвует своим благосостоянием. Она до конца остается верной в любви к Люсьену, хоть и не может верить в него, после того как он обманул их и их надежды. Она до последнего оправдывает его. «… бог простит его, если общество его и осудит!»[2, 64]

Еще одно сходство Евы с героиней тургеневского романа: покорность и смирение, хорошее воспитание.

Но как Лиза любила бога «восторженно, робко, нежно», верила в него, так и Ева любила Люсьена, верила в него, «сотворила себе кумира»[2, 408]. Здесь мы находим различия в образах наших героинь.

Волнение – состояние взволнованного или волнующегося.

Волнение - сильная тревога, душевное беспокойство.[ ]

Долг- категория этики, выражающая нравственную задачу отдельного человека, группы лиц, социальной группы, народа в конкретных социальных условиях и ситуациях и становящаяся для них внутренне принимаемым обязательством. Содержание долга конкретизируется в разнообразных обязанностях человека по отношению к самому себе и по отношению к другим людям.

Чувство - особая форма отражения психикой окружающего мира, отношения личности к окружающему, проявляющиеся в социально-обусловленных переживаниях, активизирующих (стенические) или тормозящих (астенические)  деятельность.

Переживание - простейшее субъективное явление, которое определило скачок от физиологической формы отражения, присущей и растениям, к психической, присущей только животным, имеющим кору головного мозга. У человека переживание потребностей, эмоций чувств, волевого усилия и творчества - один из трех атрибутов сознания.[22, ]

Душа - популярное значение - аффективная эмоциональная сфера личности человека, в отличие от аналитических, интеллектуальных аспектов. [6,  ]

Душевность- с позицией материализма - индивидуальная выраженность в системе мотивов личности фундаментальной социальной потребности жить и действовать «для других». Это понятие связано с понятием собственно духовности. Душевность характерна добрым отношением человека к окружающим его людям, заботой, вниманием, готовностью прийти на помощь, разделить радость и горе. Это отношение распространяется и на дело, выполняемое внимательно, заинтересованно, с любовью- «с душой».

Действие - произвольная преднамеренная опосредованная на достижение осознаваемой цели. Ее первый этап- активация мозга, происходящая в результате сопоставления внутреннего состояния человека с внешними объектами или ситуациями. Второй- обработка мозгом информации, поступающей от организма и внешнего мира, с целью запустить третий этап - наиболее подходящее поведение с учетом текущих обстоятельств и прошлого опыта.

Переживание- 1. любое испытываемое субъектом эмоционально окрашенное состояние и явление действительности, непосредственно представленное в его сознании и выступающее для него как события его жизни.

1.         Наличие стремлений, желаний и хотений, представляющих в индивидуальном сознании процесс выбора субъектом мотивов и целей его деятельности и тем самым способствующих осознанию отношения личности к происходящим в ее жизни событиям.

2.         Форма активности, возникающая при невозможности достижения субъектом ведущих мотивов жизни, крушении идеалов и ценностей; проявляется в преобразовании его психологического мира, направленном на переосмысление своего существования.

Это значение термина фиксирует переживания как особую форму активности, позволяющую в критической жизненной ситуации перенести тяжелые события, обрести благодаря переоценки ценностей осмысленность существования.

Переживание вытесненное - удаленные из сознания переживания, которые из области бессознательного разнообразно влияют на жизнедеятельность и поведения. Могут становиться источниками творческих стремлений…

Переживание патогенное - переживание, приносящие страдания.

Чувство - одна из основных форм переживания своего отношения к предметам и явлениям действительности, эмоциональные переживания, в коих отражается устойчивое отношение индивида к определенным предметам или процессам внешнего мира.

Формирование чувств- необходимое условие развития человека как личности.[9, ]

Душа (греч. psyche, лат. anima) - в обычном словоупотреблении совокупность побуждения сознания (вместе с тем основа) живого существа, особенно человека; антитеза понятий тела и материи. Это совокупность тесно связанных с организмом психических явлений, в частности чувств и стремлений (витальная душа).[31,  ]

Душа - особая сила, обитающая в теле человека и животного.

Здесь мы можем говорить о тургеневском понимании трагического.[3, ] «Он считал трагическое идеалом едва ли не каждого развитого человека». Отсюда мы можем говорить об обыденности этого понятия для него, трагическое, свойственное повседневной жизни, а отсюда житейское, но в то же время Тургенев не видел «ничего истинно трагического» «в участи тех, которые у нас так бесплодно погибают». Развивая эту мысль, он ссылался на «Антигону» Софокла. «Вот это,- говорил он,- трагическая героиня! Она права, потому что весь народ, точно также, как и она, считает святым делом то дело, которое она совершила (погребла убитого брата). А в то же время, тот же народ и Креона, которому вручил он власть, считает правым, если тот требует точного исполнения своих законов. Значит, и Крен прав, когда казнит Антигону нарушившую закон. Эта коллизия двух идей, двух прав, двух равно законных побуждений и есть то, что мы называем трагическим по И.С. Тургеневу.

Трактовка Белинским трагической коллизии «Антигоны» содействовала более четкому оформлению тургеневской идеи о несовместимости долга и личного счастья, легшей в основание идейно-художественной концепции «Дворянского гнезда», о чем мы будем говорить несколько позже.

Существует множество точек зрения и мнения по поводу связи романа «Дворянского гнезда» с предыдущими повестями И.С. Тургенева. Так, например, Г. Винникова отдает большее предпочтение повести «Ася». «В образе Аси,- считает она, много сближающего ее с Натальей Ласунской и будущей героиней «Дворянского гнезда»- Лизой Калитиной. После создания Фауста и «Поездки в Полесье» наметилось новое отношение писателя к взаимосвязи долга и личного счастья, что выразилось в романе «Дворянское гнездо». «И конечно произошло это не без воздействия на взгляды Тургенева революционных демократов, философски обосновавших нераздельность категорий личного счастья и общественного долга».[7, ] Таково мнение Г. Винниковой.

Н. Богословский говорит о романе «Дворянское гнездо» как о продолжении повестей «Фауст» и «Ася» и в отличие от Г. Винниковой говорит о сходстве судеб Лаврецкого и Лизы с Павлом Александровичем и Верой из «Фауста» и перечисляет сходства «Фауста» и «Дворянского гнезда». (Здесь мы видим склонность писателя к «Фаусту»).

Так же критик говорит об автобиографических нотах, звучащих в романе как «ни в одном из романов Тургенева».

Г. Бялый в своей книге о Тургеневе говорит, что повести «Поездка в Полесье», «Затишье», «Переписка», «Фауст», «Ася» «послужили подготовительными материалами к «Дворянскому гнезду», но сами мысли о неизбежности смирения и терпения, о невозможности взаимосвязи счастья и долга сложились у Тургенева задолго до «Рудина» и «Поездки в Полесье» ».[ ,97]

«Связь «Фауста» и «Аси» с «Дворянским гнездом» очевидна»,- говорит Г. Бялый. Но если Винникова связывает образ Лизы только с Асей, Богословский говорит о схожести судеб героев «Дворянского гнезда» и «Фауста», то Г. Бялый утверждает «героини этих повестей предвещают Лизу строгим отношением к жизни и предчувствием неизбежности возмездия за стремление к личному счастью»[ ,103], то есть автор говорит о слиянии образов «Аси» и «Фауста» в образе Лизы Калитиной. Сквозь все выше означенные повести и роман «Дворянское гнездо» проходит тема «испытания любовью». Также Г.А. говорит и о фактах биографии, присутствующих в образе Лаврецкого. Например.

Тема душевного беспокойства и потребности в деятельности романа отражают слухи о готовящихся в России переменах на тот момент: «о близком освобождении крестьян», что вызывает у Тургенева «стремление вернуться поскорее на родину, заняться бытом своих крестьян, осесть в своем гнезде,- по терминологии Лаврецкого, «пахать землю» ».[ ,103]

«По признанию писателя… в изображении «спартанского» воспитания Лаврецкого и его отношения к отцу он воспроизвел картину собственного воспитания».[ ,103]

Воспитание Лаврецкого- это полная смесь всевозможных методов, где и была заложена основа внутреннего мировоззрения Лаврецкого, его личность, которая как и его воспитание противоречила сама себе.

Воспитание Лаврецкого есть поток постоянного душевного беспокойства, внутреннего дискомфорта. В детстве он многого не понимал, но чувствовал, что так не должно быть и не мог объяснить своей тревоги. «Ему не было восьми лет, когда мать его скончалась; он видел ее не каждый день и полюбил ее страстно: память о ней, об ее тихом и бледном лице, об ее унылых взглядах и робких ласках навеки запечатлелась в его сердце; но он смутно понимал ее положение в доме, он чувствовал, что между ним и ею существовала преграда, которую она не смела и не могла разрушить» (с.336). Повзрослев и отделившись от родных, он ощущал дискомфорт и душевное беспокойство, но уже другого свойства, уже оттого, что не мог влиться в коллектив и быть полноценным членом общества. «Ему было двадцать три года… Жизнь открывалась перед ним… молодой Лаврецкий отправился в Москву, куда влекло его темное, но сильное чувство. Он сознавал недостатки своего воспитания… любой профессор позавидовал бы некоторым его познаниям, но в то же время он не знал многого, что каждому гимназисту давным - давно известно. Лаврецкий сознавал, что он не свободен; он втайне чувствовал себя чудаком… капризное воспитание принесло свои плоды… привычки вкоренились. Он не умел сходиться с людьми… ему бы следовало с ранних лет попасть в жизненный водоворот, а его продержали в искусственном уединении… И вот заколдованный круг расторгся, а он продолжал стоять на месте, замкнутый и сжатый в самом себе…»(336). Его «уродливое воспитание» сковывало его, он комплексовал от того, что просто не приучен был жить в обществе, в свою очередь общество посмеивалось над ним и не воспринимало его; он производил странное впечатление на своих товарищей; они не подозревали того, что в этом суровом муже… таился чуть не ребенок, «он им казался каким-то мудреным педантом, они в нем не нуждались и не искали в нем, он избегал их» (337), но «он не боялся насмешек:- его спартанское воспитание… развило в нем пренебрежение к чужим толкам….»

Лаврицкий стремился «по возможности воротить упущенное», стремился упрочить, усовершенствовать знания, трудился, «приступил даже к изучению английского языка… Каждое утро он проводил за работой… Он читал газеты, слушал лекции в Sorbone и Колледж де Франс, следил за прениями палат, принялся за перевод известного ученого сочинения об ирригациях… думал он… «все это полезно… но к будущей зиме надобно непременно вернуться в Россию и приняться за дело». Трудно сказать, ясно ли он сознавал, в чем, собственно, состояло это дело».[29, 336-344]

Мы можем сделать вывод, что уже на раннем этапе воспитания Лаврецкий выступает как натура двойственная.

Нечто подобное мы можем сказать и о герое французского романа «Утраченные иллюзии» - Люсьене. Так же как и герой романа «Дворянское гнездо», Люсьен имеет двойственное общественное положение, что «значительно усиливает и закрепляет двойственность его натуры»[15, 89]. Но в отличие от Лаврецкого воспитание его не претерпевает столь значительные перепады, напротив даже, его мать, сестра и лучший его друг всячески отгораживают его от волнений жизненных, житейских. И если Лаврецкий в кругу близких его был «букой,… дурачком», никто не любил его и он «не любил никого из окружавших его…», то Люсьена любили слишком сильно. Ева и мать Люсьена «сделали все, чтобы поставить Люсьена выше его положения… льстя его тщеславию…».

Лаврецкого воспитали в спартанских условиях, Шардона в тепличных условиях, но и в том и в другом случае в уединении от общества. Недостаток внимания и ласки в первом случае и переизбыток его во втором плюс уединение от общества – все это послужило причинами отторжения общества от таких людей. И Люсьен и Федор Лаврецкий «выделяются из общества своей увлеченностью «высокими идеями», своей напряженной внутренней жизнью, своим положением в обществе… ».[ ]

Две трагические любви, два испытания присутствуют как в «Дворянском гнезде» так и в «Утраченных иллюзиях». (Варвара Павловна открыла для Лаврецкого новый мир, и он доверился ей как слепой котенок).

У Лаврецкого- Варвара Павловна Коробьина и Лиза Калитина.

У Люсьена- Госпожа де Баржетон и Корали.

В обоих судьбах как Федора Лаврецкого, так и Шардона в формировании их личностей, их дальнейшем «воспитании» принимали участие соответственно Варвара Павловна и госпожа де Баржетон. Их уроки, их образы в чем-то схожи. Но если госпожа де Баржетон все же добилась своего, то Варвара Павловна осталась ни с чем.

В «пренебрежении к труду», в «склонности к праздности», в «презрении к скромной жизни», во «вкусе к роскоши», то есть в аристократизме, и заключается особая тлетворность влияния госпожи де Баржетон на Люсьена и в этом Варвара Павловна похожа на Луизу. Прежде чем выйти замуж за Федора, она поставила следующие условия: «Лаврецкий должен был немедленно оставить университет… что за странная мысль- помещику, богатому, в двадцать шесть лет брать уроки, как школьнику?»[29, 341 ]

Комфорт - вот еще одна схожесть между героинями русского и французского романов. Комфорт без которого «иные люди как бы утрачивают свой облик и значительность, стоит лишь им разлучиться с вещами, со всем тем, что служило для них обрамлением»[2, 131]. Такою была Варвара Павловна, вернувшись к мужу. Хотя все такая же красивая и лощеная, но бледная и отекшая. Такою была и госпожа де Баржетон на фоне пышного Парижа «… в холодной комнате без солнца, с полинялыми занавесями на окнах, с паркетным полом, натертым до блеска, нелепого здесь…допотопной… мебелью дурного вкуса, Люсьен… не узнал своей Луизы».[2, 131]

Обе героини были воспитаны в аристократическом духе, увлекались музыкой, знали толк в моде. Это такой тип женщин, которые любили окружать себя красивыми вещами, красивыми людьми, любили комфорт и быть в центре внимания, в центре событий, расчетливы, умны. Как Варвара Павловна, так и госпожа де Баржетон вышли замуж не по любви, а по выгоде, расчету. Единственная разница между героинями в том, что Луиза жила и воспитывалась в деревне, Варвара Павловна- в городе. «Отсутствие общества- вот отрицательная сторона жизни в деревне. Не имея нужды приносить маленькие жертвы в угоду требованиям хорошего тона, как в одежде, так и в манере держать себя, привыкаешь к распущенности. А это уродует и дух и тело. Вольнодумство девицы де Негрпелис, не стесненное светскими условностями, проявилось и в ее манерах, и в ее наружности: у нее был слишком вольный вид, может быть и привлекательный с первого взгляда, благодаря его своеобразию, но это к лицу лишь искательницам приключений. Таким образом воспитание Наис, шероховатости которого сгладились бы в высшем обществе, в Ангулеме грозило представить ее в смешном виде…».[ ]

(Гордость, восторженность свойственна Варваре Павловне, которая всегда жила в городе и была в курсе всех событий).

Госпожа де Баржетон хотела воплотить в Люсьене то, что не удалось сделать ей, «все блистательные качества ума и нетронутые сокровища сердца».)

«У нее было много практического смысла, много вкуса и очень много любви к комфорту, много уменья доставлять себе тот комфорт. …тотчас после свадьбы, он вдвоем с женой отправился в удобной, ею купленной каретке, в Лаврики. Как все, что окружало его, было обдумано, предугадано, предусмотрено Варварой Павловной! Какие появились в разных уютных уголках прелестные дорожные несессеры, какие восхитительные туалетные ящики и кофейники… веяло прелестью от всего существа его молодой жены, недаром сулила она чувству тайную роскошь неизведанных наслаждений;… если бы она располагала основаться в Лавриках, она бы все в них переделала, начиная разумеется с дома; но мысль остаться в этом степном захолустье ни на миг не приходила ей в голову. Она жила в нем как в палатке кротко перенося все неудобства и забавно подтрунивая над ними». Изначально эта женщина не любит уединения, оторванности от общества.(с.341) Страсти ее, ее энергия должна была находить выход, но не в замкнутом пространстве деревни.)(«Две зимы првела она в Петербурге… в прекрасной, светлой, изящно меблированной квартире; много завели они знакомтсво в средних и даже в высших кругах общества, много выезжали и принимали, давали прелестнейшие музыкальные и танцевальные вечеринки. Варвара Павловна привлекала гостей, как огонь - бабочек. Федору Иванычу не совсем нравилось такая рассеянная жизнь».) Все эти шероховатости проявились в смешном виде уже в Ангулеме, а затем и в Париже, но сгладились благодаря помощи госпожи де Эспар. Таким образом героиня русского романа превосходит в воспитании героиню романа французского, но обе тщеславны, надменны и что-то в них было такое, «что словами передать трудно».[ ] Их не касались тревоги дня насущного. (Вернее сказать все житейские перипетии очень искусно, умело сглаживались, так словно бы между прочим, «не выдаваясь вперед». Так например провела Варвара Павловна свою незаметную и вроде как бесхитростную комбинацию в отношении Глафиры Петровны. «… по- видимому вся погруженная в блаженство медовых месяцев, в деревенскую тихую жизнь, в музыку и чтение, она понемногу довела Глафиру до того, что та в одно утро вбежала, как бешеная, в кабинет Лаврецкого и, швырнув связку ключей на стол, объявила, что не в силах больше заниматься хозяйством и не хочет оставаться в деревне. Надлежащим образом подготовленный, Лаврецкий тотчас согласился на ее отъезд…. В тот же день она удалилась в свою деревеньку, а через неделю прибыл генерал Коробьин и, с приятною меланхолией во взглядах и движениях, принял управление всем имением на свои руки ». (с.342 «Д.Г.»)). Такие женщины созданы для упоения счастьем быть рядом с ним, блаженства и «тайной роскоши неизведанных желаний».[ ] Такие женщины «ведут свою атаку весьма искусно, не выдаваясь вперед», завладевая мыслями мужчины, угадывая его «тайные пороки», внушая «презрение к идеям не стойко держащихся в их голове». В «пренебрежении к труду», в «склонности к праздности» в «презрении к скромной жизни» во вкусе к роскоши, то есть аристократизме и заключается тлетворность влияния Варвары Павловны на Лаврецкого, госпожи де Баржетон на Шардона. Но в первом случае герой остается верен себе, хоть и оступился, во втором, же случае тайные желания Люсьена берут верх над ним. Причина в том, что Федор Лаврецкий любил искренне, к любви же Люсьена «примешивалось честолюбие».

Но при всем этом оба героя переживают разрыв с любимыми женщинами, испытывая при этом сильное душевное беспокойство.

1.2. Сюжетно психологическая коллизия душевного беспокойства и потребности в деятельности (в романе «Дворянское гнездо» и «Утраченные иллюзии»)

В романе И.С. Тургенева «Дворянское гнездо» проводится мысль об определяющем значении для человека сознания им своего общественного долга перед жизнью, перед людьми. Отражено столкновение противоположных сил, стремлений, интересов, взглядов. Постоянно возвращаясь к проблеме столкновения личности и общества, Бальзак наиболее полно и многосторонне осветил ее в романе «Утраченные иллюзии» (1837-1843).[2, 185 ]

«Герой Бальзака- это чаще всего личность, находящаяся в сложных отношениях с внешней средой, теми или иными способами борющаяся с обстоятельствами, преодолевающая «фатальность обстановки»»[15, 91]. «Герой Тургенева- это «извечно существующие типы людей», «две коренные противоположности особенности человеческой природы»- ««Гамлет и Дон Кихот», основополагающая для Тургенева, в которой он попытался разобраться в сущности двух великих общечеловеческих типов мировой литературы, спроецировав их мироотношение на современные ему проблемы русской жизни»[26, 39]. Это два типа общественных деятелей, которые мы можем найти не только в произведениях И.С. Тургенева. (Для нас важно на примере этой статьи доказать двойственность натур наших героев, а отсюда разрыв между словами и делом. Проведем параллель между русской и зарубежной литературой, именно ….)

«Чтобы глубже раскрыть сущность характеров Гамлета и Дон Кихота, Тургенев прибегает к приему контрастного их сопоставления. У одного - «анализ прежде всего и эгоизм, а потому безверье»; у другого- «вера прежде всего, вера… в истину…преданность к идеалу…самую жизнь свою он ценит настолько, насколько она может служить средством к воплощению идеала, к водворению истины, справедливости на земле».[30,173]

Так, например, Федор Лаврецкий, герой романа Тургенева «Дворянское гнездо» является по всем меркам типам более склонный к Дон Кихоту. Для него «проблема долга является важнейшей жизненной проблемой, а вера в истину, высокий идеал- главной душевной потребностью».[ ]Но в это же время это и «Гамлет», который наслушавшись чужих мнений, сомневается в своей вере. Отсюда мы видим противоречивость нашего героя, которую удачно оттеняют с двух сторон Паншин и Михалевич: космополит, мелкий эгоист (Гамлет) и энтузиаст, мечтатель (Дон Кихот). В споре с Паншиным мы видим стремление Лаврецкого «Пахать землю и стараться как можно лучше ее пахать»[29, 393] [в эгоистичности своей погони за счастьем - Лаврецкий -Гамлет]. «Здесь в устах Лаврецкого дело приобретает вполне определенные очертания, ощущается своеобразный мак